Одна моя знакомая в начале 1990-х руководила ансамблем, который делал театрализованные танцевальные постановки в дорогих клубах. Она не брала в него девушек старше семнадцати лет. «Прикинь, как там эти коровы толстоногие мясом трясти будут», - говорила она. Ей тогда было 16.
Один мой знакомый за месяц до ухода в армию покрасил волосы в фиолетовый цвет. Уже много лет он работает мастером по ремонту холодильников.
Одна моя знакомая во время секса всегда кричала: «В меня! В меня! Всё в меня!»
Один мой знакомый во время пьянки на моей холостяцкой квартире после очередной рюмки встал и стал искать «дверь, за которой должны быть девчонки».
Одна моя знакомая была абсолютно уверена, что мужчины никогда не моются, а узнав, что я моюсь регулярно и тщательно, стала смотреть на меня с подозрением.
Один мой знакомый, когда у него спрашивали, почему повесился его младший брат, отвечал: «Дурак потому что».
Одна моя знакомая постоянно прижималась к коллегам по работе (причем обоего пола). Она говорила, что это от избытка нежности.
Один мой знакомый спрашивал, не знаю ли я, могут ли мужчины подавать в суд по поводу служебного сексуал харрасмента или же это привилегия женщин?
Одна моя знакомая однажды вошла ко мне без стука, когда у меня была другая моя знакомая. Интересно, что та, которая была, оделась и убежала, а эта осталась до следующего вечера.
Один мой знакомый однажды пришел в себя ночью на заводе-автомате и понял, что случилась война роботов и людей, в которой роботы победили.
Одна моя знакомая была абсолютно уверена, что красивыми могут быть только еврейские девушки. Сама она была украинкой и поэтому не верила, когда ей говорили, что она красивая. При этом была красивая.
Один мой знакомый любил говорить: «Я не мама - плохому не научу».
Одна моя знакомая заставляла меня часами просиживать на кушетке перед «Стогами» Клода Моне - до тех пор, пока эти «Стога» не стали мне и в самом деле нравиться.
Один мой знакомый, когда нам было по 20-22, говорил, поднимая рюмку: «Мы не сопьёмся». Теперь в той же ситуации он говорит: «Мы не спились». Будущее наступило.
Одна моя знакомая как-то в начале 90-х пообещала одному молодому человеку помочь продать золотые украшения его матери, заложила их в ломбард, а на вырученные деньги купила килограмм апельсинов и любительскую видеокамеру - чтобы стать великим кинорежиссером.
Один мой знакомый так часто повсюду ищет бесов, что мне иногда кажется, что именно такое состояние следует именовать одержимостью.
Одна моя знакомая однажды сказала мне: «Годы идут, а ты не меняешься». Интересно, что бы она сказала теперь, когда годы и в самом деле прошли.
Один мой знакомый любил пересказывать сюжет любой книжки так: «Наши победили». Прочтя однажды том Кортасара, он заметил: «Странная книга: никто не победил».
Одна моя знакомая как-то попросила меня, чтобы я лишил её девственности. Она объяснила это так: «У меня есть любимый, но он боится делать мне больно. А трахаться-то хочется».
Один мой знакомый однажды пытался доказать охранникам клуба, что он совершенно трезв, размахивая кружкой с пивом, прихваченной в другом клубе.
Одна моя знакомая, знакомясь со мной, спросила: «А как тебя зовут по Толкиену?»
Один мой знакомый как-то сказал: «Давай выйдем сейчас... кто кого порвёт - тот и поэт».
Одна моя знакомая научила меня пить виски с молоком.
Один мой знакомый однажды, под несколько бутылок крепленого вина и разговор об искусстве, незаметно поставил на мой домашний компьютер Red Hat Linux.
Одна моя знакомая часто жаловалась мне на одного нашего общего знакомого: она любила его, а он её нет. Через много лет мы как-то с нею шли по Арбату и совершенно случайно встретили его. Меня он узнал, а вот её нет.
Один мой знакомый считает Холокост величайшей бедой XX века.
Одна моя знакомая ставила виниловые пластинки одна на одну, лапала их жирными пальцами и не убирала в конверты. Потом стала судьёй.
Один мой знакомый долго врал всем своим знакомым, что был в Финляндии и что видел Ленина. Его враньё долго терпели, потому что жалели, потому что было видно, что это для него почему-то важно - чтобы все думали, что он был в Финляндии и видел Ленина. Мумию, конечно. Которая в мавзолее.
Одна моя знакомая однажды сказала мне: «Если сейчас в дверь позвонят, открой и скажи, что мы завтра женимся, а то он тебя убьёт».
Один мой знакомый учился в православной духовной семинарии и жаловался, что священники не разрешают ему хранить в общежитии кришнаитские книжки и альманах «АУМ». Он считал это нарушением его прав и средневековым мракобесием.
Одна моя знакомая дружила с целой тусовкой гомосексуалистов и любила петь для них песни из репертуара Мэрилин Монро. Она говорила: «Это так здорово - когда вокруг тебя столько мужиков, а ты уверена, что ни один из них тебя не хочет. Ну, почти уверена».
Один мой знакомый раз в неделю - в две менял замки во входной двери своей квартиры. Дверь дышала на ладан и готова была рассыпаться от прикосновения. Зато в ней всегда стоял крутой новый замок.
Одна моя знакомая спросила, считаю ли я её красивой, ровно в тот момент, когда я собирался сблевать по причине прекрасно проведенного накануне вечера. Она поставила меня в крайне неудобную ситуацию.
Один мой знакомый, с которым мы очень оживленно общались в сети, при личном знакомстве оказался настолько невероятно худым, что я не смог продолжать общаться с ним в том же стиле, что и раньше: у меня просто в голове не укладывалось, как можно говорить на равных с таким худым человеком.
Одна моя знакомая, напиваясь, любила со слезами и в подробностях рассказывать о совершенном ею однажды криминальном аборте. В паузах она добавляла: «Я боялась, что папа узнает. Мой папа очень крутой. Он самый умный». А ещё она говорила, что естественная флора её влагалища убивает любые болезнетворные организмы. Поэтому предохраняться ей просто не нужно. И с ней не нужно.
Один мой знакомый уехал в Санкт-Петербург, чтобы учиться там на актёра или на режиссёра. И пропал без вести.
Одна моя знакомая всегда носила с собой ножик с лезвием длиной сантиметров пять-шесть и с ручкой длиной сантиметра четыре. Говорила, что это чтобы обороняться от грабителей и насильников.
Один мой знакомый как-то похвастался мне золотыми и серебряными фигурками животных, которые он отламывал от старинных книжных окладов в одной непубличной библиотеке. Почему я ударил его и велел никогда больше не показываться мне на глаза, он, похоже, не понял.
Одна моя знакомая так любила индейцев и всё, что с ними связано, что, например, кукурузу называла «маис» и никак иначе.
Один мой знакомый любил говорить: «Я не могу спать с художницами».
Одна моя знакомая любит кататься на троллейбусе, который ходит по Садовому кольцу, и громко разговаривать.
Один мой знакомый утверждал, что он внебрачный сын Бродского. Когда Бродский умер, знакомый даже ездил в Америку за наследством, но ничего не получил. Совсем ничего. Он говорил, что это несправедливо.
Одна моя знакомая добавляла сахар в киндзмараули, когда это вино ещё в самом деле существовало.
Один мой знакомый сказал, что часто бывает у другого моего знакомого. «Сам понимаешь, зачем», - сказал он. «А то, - сказал я, - И почём у него сейчас?» Дальнейшие уточнения по-настоящему удивили меня и шокировали моего знакомого. Оказалось, что к нашему общему знакомому он ходил играть в шахматы. Я же знал этого человека с несколько иной стороны.
Одна моя знакомая, зная, что она мне, в общем, нравится, решила понравиться мне ещё больше и, пожалуй, впервые в жизни по-настоящему уделила внимание своим причёске и одежде. Это было огромной ошибкой с её стороны.
Один мой знакомый никогда в жизни не пробовал помидоров. И не собирается.
Одна моя знакомая не верила, что хирургические и штопальные иглы бывают кривыми. И спорила об этом. Часами. До хрипоты. До слёз.
Один мой знакомый был вполне нормальным человеком. Ну, с оговорками, конечно. Но тем не менее.
httр://yatsutko.livejournal.com/2135054.html
