На взлет!


Дата: 24/04/2007
Тема: Истории



Женщины героических профессий - моя слабость и сфера пристального изучения и искреннего восхищения. Что заставляет 20 летнюю девушку пойти в Королевские морские пехотинцы или, к примеру, в пожарницы? Что движет желанием женщины управлять многотонным грузовиком, паровозом или, скажем, трансатлантическим Боингом?

Однако, несмотря на всю героичность и провозглашенную полную независимость от мужчин, такие тетеньки, что характерно, тоже беременнеют и то и дело приходят к нам рожать детей. Тут-то часто и возникают трудности психологического плана. Нередко выходит, что сильной, независимой женщине - инструктору по рукопашному бою в "Royal Marines" со стальными нервами и смертельным ударом бывает психологически гораздо труднее родить ребенка, нежели женщине - повару, женщине - парикмахеру или, к примеру, женщине - упитанной домохозяйке.

Видимо, дело тут в том, что женщины «типично мужских» профессий, привыкшие держать под полным контролем ситуацию, себя и нередко - других людей, очень часто полностью теряют контроль и уверенность в себе в ситуации родов, когда от них вобщем то, мало что зависит, а на карту поставлено слишком много - их собственная жизнь и главное, жизнь и здоровье их ребенка. Они, привыкшие принимать решения в сложных ситуациях сами, теперь вынуждены полностью, безоговорочно, на 100% доверять Врачу - человеку которого они видят впервые в жизни! А это - нелегко. Те, кто профессионально занимается сложным десижен-мейкингом и риск менеджментом меня поймут...

Кстати, знаете ли вы, что из мужей, присутствующих на родах чаще всего падают в обморок, аки бледные курсистки, именно Пожарники и Морские пехотинцы!? Причина, скорее всего - та же. Но покончим со вступлением и перейдем непосредственно к повествованию!

В то утро выпало мне, реджистрару Королевского Девонширского Госпиталя, делать плановые кесарева сечения, в утреннем распорядке их обычно 3, так чтобы закончить все к часу дня. Обычно, перед операцией пациентка встречается с хирургом, он рассказывает что именно обирается делать на операции, какие при этом есть риски дляя жизни и здоровья, и что обычно предпринимается чтобы эти риски минимизировать.

Захожу в палату вижу пациентку. Дженни. Лицо белого цвета. Глаза полны ужаса. Руки трясутся. Вообщем боится до смерти.
Начинаем разговор, пытаюсь шутками - прибаутками ее как то развеселить, успокоить и приободрить. Получается, но с трудом. И тут у меня закралось подозрение...

- Кем работаете, душечка? Вкрадчиво так спрашиваю...
- Пилотом на Бритиш Эйрвейз, Боинги вожу и Аэробусы...
- Капитаном?
- Ага...
- Оп-па! Тут все сразу стало понятно! Пообщались мы еще минут десять, согласие больной на операцию кое - как получено, но чувствую, хоть и улыбается Пилотка наша Дженни, но ужас в глазах все-таки присутсвует...

Конечно! Это тебе не штурвал рулить, да автопилота включать, как бы свысока нисходя до пассажиров по громкой связи! Дескать, говорит капитан... всем расслабиться... я, хитрый профессионал, крут и спокоен... а вам сейчас бифштекс принесут и Шато Моргон в маленькой бутылочке...

Видела бы она ужас в моих глазах, каждый раз при взлете и посадке! И это с учетом как минимум 300 грамм коньяка, принятыми на грудину заблаговременно!
Страшно ж ведь до ужасти! Кошмар! Сидишь как овощ, пристегнутый, благоухаешь как безмозглый гладиолус, после массового опробывания духов в магазине Дьюти Фри и при этом тупо боишься умереть - сделать то ничего уже нельзя...
Кто он этот летчик ?
Сколько он вчера выпил?
Может он вчера с женой поссорился?
Может он спал плохо?
Кто последний раз проверял у этого Боинга шланг бензонасоса?
А винтки, интересно, в креплениях шасси туго закручены?
А все ли ?

Вот эти штуки обычно приходят ко мне в голову каждый раз, когда я сижу в самолете перед взлетом, пьяный и тревожный, делаю вид, что читаю рекламный журнал "In Flight Review" о том как мило купаться на Пляже Эпанема и как вкусно кормят в Праге. Тех кто выживет, блин.
Я так думаю, что примерно с таким родом мыслей Дженни, женщина-летчик ехала на каталке в операционную на Кесарево сечение.

День рождения ее ребенка! Светлый день, если бы не страх перед операцией. На которой, если верить этому шутнику-доктору с легким восточноевропейским акцентом, (то есть мне) обычно все проходит без осложнений, но (крайне редко!) может быть такое, (ага! значит, все-таки может!) что хоть святых вон выноси...
Чего только стоит фраза «Мы делаем экстирпацию матки во время кеарева сечения крайне редко, и только в том случае когда кровотечение становится опасным для жизни и другие методы остановки кровтечения не помогают!» Есть о чем подумать, не правда ли?

Я захожу в операционную, Дженни уже на столе со спинальной анестезией. (Региональный блок, при котором пациент полностью находится в сознании, но не чувствует боли).
На лице смирение и тихий ужас. Накрываю операционное поле, поправляю свет, киваю ассистенту, анестезиологу - все готовы, можно начинать.
И я начинаю, обращаясь к Дженни, которая видит мою голову через экран, отделяющий ее от стерильного поля, и все что я делаю - через отражение в бестеневой лампе.

- Уважаемые пассажиры, добро пожаловать на борт нашего лайнера Цезарь 747, выполняющий свой рейс в матку... за ребенком. Говорит командир корабля, пилот-реджистрар высшей категории Дэннис!

Акушерки переглянулись, дескать, «не заболел ли наш мальчик?» и только анестезиолог понял меня правильно и беззвучно ржал уткнувшись в историю родов.
Дженнифер даже на минуту перестала бояться, и вопросительно уставилась на меня своими большими от страха глазами. Я продолжал :

- Все готово к взлету, все системы жизнеобеспечения проверены и работают нормально, на всем протяжении нашего получасового маршрута стоит прекрасная погода, однако на второй - третьей минуте после взлета возможно некоторая турбулентность связанная с доставанием малыша из матки. Пожалуйста во время рожения малыша не отстегивайте привязные ремни и не гуляйте по салону!
- Анестезиолог ко взлету готов!
- Ну, взлетаем тогда!

Разрез... Подкожка, диатермия, апоневроз, белая линия, брюшная полость, мочевой пузырь вниз, разрез на матке, воды, воды, воды... Ребенок! Достаем! Урраааа! Орет! Живой! Красавчег! Молодец!

Дженнифер плачет, но уже от счастья... и улыбается. Страх отступил, полегчало...

- Уважаемые пассажиры, наш лайнер начинает снижение. (шью матку!) Через некоторое время вам будет предложены товары нашего Дьюти-Фри : прохладительный внутривенный окситоцин и антибиотик дня - Аугментин. Новую модную линию обезболивающих препаратов, включая Трамадол и Диклофенак вы сможете приобрести после приземления, в послеоперационной палате! (Зашиваем апоневроз).
- Пожалуйста не забывайте свои личные вещи и инструменты в животе пациентки (счет тампонов и инструментов верен!)
- Просьба оставаться на своих местах до полной остановки лайнера... (зашиваю кожу косметическим внутрикожным монокрилом!)
- Дамы и господа, наш лайнер совершил посадку в аэропорту Хитроу! Командир корабля и экипаж прощается с вами и желает вам и вашему бейби дальнейшего счастливого пути!

Через неделю я обнаружил в своем внутреннем почтовом ящике бутылку коньяка «Хеннесси» и записку: «Спасибо за мягкую посадку, коллега. Захотите сменить профессию - мой Боинг в вашем распоряжении. Капитан Дженнифер Лорренс».


Это статья опубликована на сайте: http://www.doodoo.ru/
Ссылка на статью: http://www.doodoo.ru/news-3164.html
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru