Кажется, это и есть тот самый дом... Да, действительно, - вот и цифры «111» на углу. Как он там говорил? - нужно стать прямо под номером и скосить глаза на башенные часы напротив. Присмотреться краем правого глаза... Вот эта ратуша с часами. Ну, скосил, и что?.. Так и окосеть можно... Если еще разок попробовать... Ох, ты, - вот же он, вход! Как Митя и говорил - слева от «Антиквариата». И вывеска та - «Лавка»...

...Я смотрел на выцветшую вывеску и ощущал робость. Впервые за много лет. Странно это как-то - лавка, которую не каждый увидеть может. Мистика какая-то...

Вход был почти напротив. То, что это именно «лавка» - не вызывало сомнений. Язык не поворачивался назвать ее магазином или, что еще хуже - салоном. Лавка, только так ее и можно было называть. Вход, один раз зафиксированный взглядом, больше не исчезал. Я закурил. Может уйти, пока не поздно? Впрочем, я знал, что никуда не уйду. Митя, отъявленный нумизмат, говорил, что в этой лавке есть монеты, за которые любой коллекционер душу продаст. Я не увлекаюсь монетами, но любопытство заставило меня прийти сюда и, как дурак, пялиться на башню ратуши в поисках невидимого обычным взглядом входа. И я нашел его. Не уходить же теперь просто так?.. Я спрятал окурок в урну, решительно перешел на другую сторону улицы и толкнул тяжелую деревянную дверь.

Она очень любила смайлики. Общение с людьми она всё чаще заменяла на общение онлайн. Онлайн-беседы, онлайн-обсуждения, даже онлайн-секс. А чувства свои она выражала смайликами. В результате она совсем разучилась общаться по-человечески: разговорами, мимикой, жестикуляцией.

А однажды она встретила очень симпатичного молодого человека. Она влюбилась с первого взгляда. Она думала только о нём. Но у него не было компьютера, а следовательно, не было чата в локалке, не было аси, он не срался на форумах. Она пыталась объясниться ему в своих чувствах, но не смогла.

- Я люблю, люблю, люблю, люблю тебя!!!!! - кричал во все горло он, кружа ее на руках.
Погода была прекрасна. Зацветшие цветы и деревья, нагретое желтое солнышко, прохладное голубое море и горячая любовь.... Все смешалось тут. Пели птицы, весело жужжали букашки, радостно игралась ребятня за углом..... Она смеялась, ее красивые рыжие кудряшки весело прыгали на ее милом лице.
- Ой, ну не надо больше, я же упаду!!! - Но ему не хотелось, не хотелось ставить ее на пол, ведь им было так хорошо!
- А нет! Если я отпущу тебя, я же тебя потеряю! - он хитро сощурил глаза
- Не говори такого больше!!!! - она весело взлохматила ему волосы, и нежно поцеловала в губы. Когда у обоих закружилась голова, они нежно взялись за руки и пошатываясь по шли по набережной....

.....Они были счастливы, их любовь была бесконечна. Ведь любовь не предмет, который можно использовать как бумажку. Любовь же живет, дышит, понимает, ревнует, обижается, радуется, улыбается, смущается.... И это только малая часть того, что я перечислила!! Вы не думайте что любовь это так, просто игра. Любовь это..... Хотя зачем вам говорить? И так меня поймете, когда вы влюбитесь!.......

Жил да был Колобок со старухой в теремке у синего моря. Колобок ловил Курочку Рябу, старуха сидела у корыта. Пробегала мышка, махнула на всё рукой левым рукавом - вылетели из рукава гуси-лебеди, подхватили внучку, Жучку и кошку, понесли их за быстрые реки, за кисельные берега. Махнула мышка правым рукавом - вырос меж кисельных берегов терновый куст хрустальный мост. Идёт по мосту медведь, стучится в теремок и спрашивает: «Кто ел из моей миски?». Выходят ему навстречу семь гномов, все печальные такие и говорят: «Белоснежка ела из твоей миски. И отравилась. Мы её в цинковый хрустальный гроб запаяли, а гроб спрятали в зайца, зайца в утку, а утка у Кощея под кроватью стоит».

Заплакал медведь, пошёл Белоснежку искать. Только сел на пенёк, глядь - а пирожков-то и нет! Пирожки Красная Шапочка бабушке понесла. В ту же ночь, что и царица. И родила царица не мышонка, не лягушку, а чудище лесное, лохматое. Выросло чудище, стало на горшок замуж проситься. Бросил тогда царь курить клич: «Кто привезёт мне цветочек аленький, тому я подарю весь мир и новые коньки в придачу!». Панаехали тут. Съехались тут из всех земель принцы, стали через костёр прыгать. Первый прыгнул - выросли у него рога, второй прыгнул - вырос у него большой-пребольшой, а Иван-дурак прыгнул - бух в котёл и там сварился. Вылез он оттуда писаным красавцем, достал волшебное зеркальце и спрашивает: «Есть ли жизнь на Марсе? Как нам обустроить Россию? Где смерть Кощеева спрятана?» Заплакало зеркальце горючими слезами и говорит человеческим голосом: «Вы пошто, мужичок, животину тираните?» Осерчал тут Иван-дурак, как вдарит по шашлычку зеркальцу промеж ушей! Ушло зеркальце задёшево в землю по пояс. Вскочил прыщ Иван-дурак на коня и немедленно выпил в путь отправился.

If I did have a tumor, I'd name it Marla.
Palanik, Fight Club

У Нормана выросла бородавка. Произошло это, как и всякое несчастье, неожиданно: только вчера ее не было, а сегодня выпирает с таким видом, будто всегда тут жила. Расположилась она на тыльной стороне правой кисти, пониже костяшек, как раз там, где сливаются под кожей две венки. Цвет бородавка имела коричневый, а вид - наглый. Во всяком случае, так казалось Норману.

Работал ли он за компьютером, вел ли автомобиль, подписывал ли бумаги - бородавка лезла на глаза. Взгляд невольно соскальзывал вниз: проверить, не дурной ли это сон, не примерещился ли ему этот уродливый бугорок. Увы - каждый раз она оказывалась на месте. Больше того - Норману стало казаться, что она растет. У него появилась привычка класть правую ладонь на стол и подолгу рассматривать. Доходил ли вчера ее край до сухожилия? Видна ли была вена рядом с ней? Норман даже потребовал у секретарши линейку, не сказав, конечно, для какой цели. Но бородавка оказалась хитрее: она так выпучивалась над кожей, что линейка ложилась на руку неровно, и результаты раз от раза получались различными, словно бородавка то увеличивалась, то уменьшалась.

- Нет, это я тебя съем, - неожиданно сказал Колобок.
Волк вздрогнул и отдёрнул волосатые лапы.
- Да-да, не сомневайся, волчище, съем - и косточек не останется!
- Но... - попробовал тут возразить Волк, - ведь ты же маленький, а я большой! Ты в меня поместишься, это проверено. А вот я в тебя... Сомневаюсь!
- А чего тут сомневаться? Я же не проглот, как некоторые. Я по кусочкам, растягивая удовольствие.

Волк сглотнул слюну, но уже не от голода, а от внезапно подступившего к сердцу страха. Желудок перестал урчать, зато начали едва заметно трястись коленки. Странный он какой-то, этот Колобок. Неправильный.

Рыцарь пнул дракона в бок обутым в броню носком башмака и провопил сквозь опущенное забрало:
- Вызываю тебя на бой!
Голос его звучал глухо.
Дракон не пошевелился.
- Вот ведь мерзкая тварь! - возмутился рыцарь, повернулся и стукнул пяткой - с тем же успехом.
- Спишь ты, что ли?!
- Угу, - буркнул дракон.
- Вставай!
- И не подумаю, - дракон всхрапнул и выпустил дымное колечко.

На улице было до странного светло и безлюдно. Мало того! Еще и безавтомобильно, безкошечно, безсобачно и безптично. Создавалось полное ощущение, что я угодил в кадр из фильма "Лангольеры". Осознав это, я поежился. Вдруг стало как-то жутковато и мрачно кругом, несмотря на то, что солнечный свет заливал мощеную улицу "старого" квартала словно из бранспойта.

Миновав перекресток, я понял, что беготня не поможет, надо поискать людей, хотя бы просто для того, чтобы вернуть происходящему нормальность! И тогда я увидел дверь в стене дома у самой обочины. Я подбежал, дернул створку, она легко распахнулась и... я уткнулся лицом в кирпичную кладку. Мурашки побежали у меня по спине. В панике я осмотрелся и увидел на стене рядом с дверью кнопку звонка с разноцветным перевитым проводом, что уходил куда-то в стену. Отчаянно дрожа, я позвонил...

Земля вертелась в суматохе веков, неуклонно приближаясь к назначенному свыше концу света. И вот настал час Х,.. и ничего не произошло. Ну, совершенно ничего. Абсолютно. В том смысле, что человечество ничего не заметило...

- Ну, работнички, - Командующий исподлобья оглядел собравшихся офицеров, - кто-нибудь может объяснить, почему сорвался столь тщательно разработанный план, а?! Почему?! Я вас спрашиваю! - взревел он, хлопнув со всего маха ладонью по столу. Присутствующие втянули головы в плечи, не поднимая глаз от лежащих перед ними бумаг. - Хорошо, - Командующий шумно, со свистом выдохнул, - пойдем по порядку. Вот вы, - он указал на сидящих у края стола, - Поччччему вас вообще никто не видел? Вы же первыми должны были выступить со своими трубами. А?

Вначале был хаос. В хаосе было неприбрано, но уютно.
Но потом пришел реальный Пацан, и не понравился ему хаос.
И тогда упорядочил он хаос.
Скомкал, по стене размазал, бритвой пописал, сшил и пригладил.
И получилась прикольная кепочка.
И это было хорошо.
И дабы кепочка не была бессмысленной, сотворил он Коляна.
И Коляну стало хорошо.
Гы! - сказал Пацан.
А то! - принял мудрость Колян.
И стали - кроссачи белые и костюм спортивный.
И это было бы хорошо, если бы еще куртофан из кожи.
- Буровой совсем? - ласково спросил Пацан.
- А ты с какой целью интересуешься? - извинился Колян.
- Чел! - кивнул Пацан.
- И чо? - сплюнул Колян.
- От любого дерева ты вкушать можешь тут... - развел руками Пацан.
- Спасибо, брат. - скрипнул зубами Колян. - Только нет тут деревьев...
- А если я поищу?! - закричал страшно Пацан.
И от крика этого отыскались деревья и пресмыкающиеся.

- Ваша честь! - признес адвокат. - Здесь много было высказано возмутительных, необоснованных обвинений в адрес моего подзащитного. Его называли и жестоким, и кровожадным, и безжалостным. Но обращал ли кто-нибудь внимание на тот очевидный факт, что подзащитный - вегетарианец? Посмотрите на эти зубы!

Дракон, сидящий на скамье подсудимых, широко распахнул пасть, демонстрируя два ряда широких плоских зубов.

Голландская народная сказка

Жила была Неспящая Некрасавица. Некрасоты она была удивительной, сказочной некрасоты была! И за этой некрасотой Неспящая Некрасавица тщательно следила: обкусывала ногти на ногах, выщипывала брови из носа, укладывала волосы - аккуратно, в сундук, носила оздоровительные вратарские маски, а однажды даже увеличила грудь - особенно правую.

А почему, собственно, "Неспящая" - спросите вы? Да потому что не спала она - вообще ни с кем. Может по воспитанию, может по убеждениям, а может потому, что мужики бегали быстрее. Но в любом случае - слава Богу.

И решил однажды король выдать Неспящую Некрасавицу замуж. Или еще куда подальше. И разослал он на всё королевство радостный спам: "Кто первый лишит Неспящую Некрасавицу Неспящности, тому пол царства, пол коня, пол Маккартни и, самое главное - Некрасавицу в жены!"

День ждёт король, два ждёт - не идут женихи. А Некрасавица всё не спит, маску оздоровительную вратарскую нацепила, да волосы сидит укладывает - аккуратно, в сундук. Но тут дубовые врата распахнулись и на пороге явился Прекрасный Принц! Ну как прекрасный? Ну если сравнивать с Некрасавицей, конечно.

- Да вы с ума сошли! – Ной с ужасом смотрел на двух поверенных, сидящих за столом напротив него. – Вы представляете хотя бы, сколько труда стоило собрать по одному экземпляру? И вы теперь заявляете, что нужно по паре?!
- Именно так, - подтвердил сидящий справа от Ноя, стряхнув пылинку с темно-серого хитона делового покроя, - каждой твари по паре. Таково пожелание клиента, не подлежащее обсуждению.
- Это не-воз-мож-но! – по складам произнес Ной. – Слышите? – невозможно! Мой егерь, рискуя жизнью, умыкнул льва на глазах гарема. Теперь еще и за львицей отправляться? Так и егерей не напасешься!
- Что за ветхозаветный трагизм? – скривился левый. - Все неудобства, как вы понимаете, будут компенсированы. Но повторяю: каждой твари должно быть по паре. Поймите правильно - заказчик не может не обращать внимания на выступления феминисток, - вкрадчиво объяснил он. - Собрать только самцов всех видов – это вызовет такую волну возмущения, что и всемирный потоп покажется детской шалостью. Но и это еще не все, - левый помедлил, собираясь с духом, - самовывоз отменяется. Доставка тварей – на вашей совести.

Утро. 15 сентября 2034 г. На полу валялись упаковки от пиццы, прямо на пульте стояли банки из под чего-то жидкого и обертки от допинговых таблеток.

- Все, - сказал Приходько (чистый, как самогон, хохол, и только немного цыган) и заглянул в банку, которую держал в руках. В банке копошились два непонятных существа размером с кулак с огромными когтистыми лапами. - Самец и самка, прошу любить и жаловать. Первые в мире глубокоройные медведки-нефтянники!
- А давай назовем ее в честь меня, - предложил его напарник, чистокровный китаец с немного странной фамилией. - А что? Отлично звучит - глубокоройная медведка Штурманова!
- А, может, хватит? Сколько уже всяких зверей в честь тебя есть? Пилобивный лесозаготовительный слон, голубь-чистильшик, сельхозмыши широкого профиля. Даже безчешуйчатых карпов в честь тебя назвали.
- Ну чего тебе, жалко что ли?
- Да ну тебя нафиг, называй как хочешь.
- Комп! Ввести в реестр новый вид - Глубокоройная медведка Штурманова! Образцы ДНК - последние созданные, - добавил он и любовно покосился на сертификат, который гласил, что Приходько и Штурманов организовали малое предприятие ДНК-инжениринга широкого профиля.
- Принято, - индиффирентно прозвучал голос компа.

Инопланетянин из Кроликова был так себе. Фиговый, прям скажем, инопланетянин. Над ним даже уфологии смеялись - не верили. Но Кроликов терпел, у него была мечта - захватить планету Земля.

- Вам это для печени вредно, - говорил ему врач, внимательно изучая третий глаз. - На Земле климат отвратительный, суши и Александра Ивановна из второго подъезда. Это вас убьёт.
- У меня мечта... - сладко вздыхал Кроликов. - Честно-честно.
- Да бросьте вы, - махал рукой врач. - Живите как все. Что, планет кругом нормальных мало? С девушками, - шёпотом добавлял врач, - красивыми. Вот, возьмите Ыгрых. Смотрите, какие красавицы, какие ноги. Всё, как у людей - по пять штук. А Земля? Там всё вверх тормашками. Представляете, - нагибался врач к Кроликову, - у них нос - один!
- Я женат, - потупившись, отвечал Кроликов. И врач отступал. Но, на самом деле, жена была лишь отговоркой. У Кроликова была мечта.
- Кроликов, - уговаривала его жена, кормя мужа супом, - отступись. Зачем тебе эта Земля? Я хочу нормальную дачу, а не какой-то дремучий угол. Над тобой смеются соседи, Кроликов.
- У меня мечта... - мечтательно улыбался Кроликов.
- Да брось ты - мечта! - выходила из себя жена. - Извращенец ты, Кроликов, я всегда это знала. Женщин других захотелось, да, двуногих? С одним носом? На пятиногих уже встаёт, да?
- Я тебя люблю, Маша! - обижался Кроликов.
- Я не Маша, я Бзюглыханбюврибель! - в истерике взрывалась жена. - Слышишь, Крвыззыхлянь, Бзюглыханбюврибель, а не Маша какая-то! Брось эти землянские штучки! Ты не любишь меня, не любишь! - и, опрокинув на голову Кроликову суп, уходила плакать.