Лямзин в субботу после обеда развернул на столе «Нескучную газету» с гигантским кроссвордом на триста с лишним вопросов по горизонтали и почти столько же - по вертикали. И с азартом стал разгадывать эту исполинскую крестословицу, которой ему обычно хватало до воскресного ужина. Но лишь тогда, когда он разгадывал его сам. А это Лямзину удавалось не всегда.
Вот и в этот раз жена Лямзина смотрела, смотрела телевизор в одиночестве, потом не выдержала, подсела к мужу.
- Игорешка, ну почему ты меня никогда не приглашаешь разгадывать эти свои дурацкие кроссворды? - капризно сказала она. - Мне же скучно.
- Да отгадывали же мы уже с тобой, Лариса, - с досадой ответил Лямзин. - Черт те что получилось! Аж на вторую неделю остался тот кроссворд, из «Флирта», помнишь?
- Выходит, я, по-твоему, дура? - обиделась Лариса. - Ну-ну... Еще не вечер!
- Ну, хорошо, пододвигайся ближе, - тут же сдался Игорь. - Вот тебе первый вопрос: по горизонтали: «Клюв» у чайника», пять букв.
- О, кстати о чайнике! - встрепенулась Лариса. - Надо купить новый, наш уже старый, я вчера в универсаме видела такой гламурненький, с курносеньким таким носиком...
- Так, пишем «носик», подходит, - пробурчал Лямзин, заполняя строчку.
- Ну вот какой идиот составляет такие кроссворды, а? - возмутилась Лариса. - Это ж надо додуматься, носик чайника обозвал клювом. Какой у чайника может быть клюв? Он что, птица?
- Теперь смотрим по вертикали, - невозмутимо сказал Лямзин.- Носик открыл нам три буквы. Значит, мы спокойно можем отгадать три других слова. Первое: «Трюмная мера веса». Пять букв, есть предпоследняя буква «эн». Какие у тебя мысли, дорогая?
- Да откуда я могу знать тюремные меры веса? - испуганно вытаращила глаза Лариса. - И чем они там и что взвешивают, тюремщики эти? Их же там кормят этими, как их, балладами? И в чем им отвешивают эти баллады - в килограммах, литрах?
- Ну, ты хоть думай, что говоришь! Ты, наверное, баланду имела в виду?
- Ну, пусть будет баланда, - обиженно сказала Лариса. И тут же оживилась. - А у меня стихи родились! Вот: съедят баланды по тонне и травят баллады потом!
- Точно, тонна! - обрадовался Лямзин. - Трюмная тонна веса - это тонна. Ты смотри, отгадала!
- А то! - загордилась Лариса. - Ну, что у нас там дальше?
- «Продал душу Мефистофелю» - упавшим голосом прочитал Лямзин. - Так, это даже я не помню. В Интернет, что ли, слазить?
- Я, я помню! - радостно закричала Лариса. - Пиши: «Патрон».
- Какой патрон? - растерялся Лямзин. - При чем здесь патрон. Это же боеприпас. Он стреляет. А тут ничего про стрельбу нет.
- Точно, точно, стреляет! - захлопала в ладоши Лариса. - Фауст-патрон стреляет, вчера еще по телевизору в фильме про войну с немцами показывали. Пиши: «Фауст». Просто я немного перепутала.
- Ну, в принципе, подходит, тут как раз буква «с» отгадана, - довольно сказал Лямзин. - Только я никак не могу понять ход твоих умозаключений. Вот откуда ты про этот «Фауст» знаешь?
- Да что там знать? - беспечно сказала Лариса. - Я в нашем техникуме в самодеятельном театре участвовала. Мы там этого «Фауста» ставили. Правда, ставили, ставили, но так ни разу и не поставили... Не, а чего ты там втихомолку, без меня разгадываешь? Так нечестно! Давай, что у нас дальше?
- Опять странный какой-то вопрос! Вот, слушай: «Смыкание губ с губами».
- Ну, это я знаю! И без всяких, как ты говоришь, умозаключений, - таинственно улыбнулась Лариса и придвинулась к мужу поближе. - Хочешь, покажу на деле, что это за смыкание такое?
И кроссворд опять остался неразгаданным... |
