Вроде и со мной было, а верится с трудом. Решил вот поделиться. Хотя, если честно, то в способностях братьев наших меньших, я не сомневался никогда.
Есть у моего друга пес. Нет, не породистый. Обыкновенная помесь кавказца с кем-то еще. Крупный, с огромной пастью, но безгранично добродушный. Хотя по виду и не скажешь. Поэтому выгуливает его Санек в наморднике, на жестком поводке и подальше от пешеходных тропинок, чтобы не пугать пешеходов. Раз по осени и я за ними увязался. Пиво пил, поговорить хотелось, а Саня как раз с Джеком прогуляться собрался. Идем. А тут свадьба. Собачья. Одна сучка и кобелей штук десять.
Конечно и у Джека основной инстинкт сыграл. Рванул у Санька из рук пару раз поводок. Да не тут-то было. Посмотрел обиженно на хозяина. А я возьми да ляпни, мол, слушай, Сань, а кобелей-то кастрировать можно? А то, говорю, Джека-то видимо придется того. Все равно он у тебя не породистый. На вязку вряд ли кто-то позовет, а к дворнягам ты его не отпускаешь. А так глядишь, все меньше гормонов будут ему кровь будоражить.
Что ответил мне Саня, я уже и не помню. Но вот взгляд Джека после моих слов, стал какой-то странный. Хотя почему странный? Очень даже не странный, а такой укоризненно-осудительный. Как будто понял все. Но время шло и все забылось. А в прошлую субботу Санькина семья, меня и иже с ними, на день рожденье пригласили. Иркино тридцатишестилетие отмечать. Ну, в общем, скромная такая домашняя вечеринка, с хорошим столом.
И все бы ничего, если бы в кругу приглашенных не было двух Иринкиных сослуживиц. Одна красавица блондинка-хохотушка, а вторая жгучая и очень эффектная брюнетка. Ну, вот жахнули мы по первой, а потом еще и по второй и понял я, что обеих их хочу. Конкретно хочу! И пусть даже не одновременно. Ну, а после третьей я стал распространять в пространстве любовные флюиды. Бросаться репликами и каламбурами, рассказывать о своем героическом прошлом и настоящем. В общем, вел себя так, как должен вести себя настоящий самец. Потом пропустили по четвертой и пятой, а потом... Потом сдвинули в сторону стол и начались танцы. Где уж конечно я приглашал, то одну, то вторую, а один раз походу даже обеих сразу. Вечер удался.
Хотя... О чем это я? История ведь о Джеке. А он в это время лежал на своем коврике в прихожей и лениво наблюдал за бардаком, который творился на подконтрольной ему территории. До поры, до времени. Встал он со своего половичка, как раз в тот момент, когда я с блондинкой танцевал медленный, но довольно страстный танец. Пройдя несколько шагов, он беспардонно втиснулся между мной и ею, развернулся полубоком, открыл свою огромную пасть и ухватил меня за..., как бы это помягче написать?.. За мотню штанов что ли? Не сильно, но довольно вразмумительно. При этом пасть он свою не сжимал, а просто так держал и все. Не забывая при этом довольно ехидно смотреть мне в глаза. И в этих глазах, попутно со стекающим с моей спины потом, я читал вопрос. Какой? Ну, думаю, все уже догадались.
Говорят, что у человека перед смертью, перед глазами проскакивает вся его жизнь. Мне смерть в тот момент не грозила, но в моей памяти четко всплыла картинка трехмесячной давности. Картинка той прогулки и разговора о кастрации. Гадом буду, Джек только этого и ждал, когда я вспомню. Стоило этому мелькнуть в моем сознании, он развел челюсти и так же спокойно ушел на свое место.
В общем, все закончилось довольно благополучно, если не считать того, что сейчас я и при домашнем коте, стараюсь лишнего не сболтнуть... |
